Спектакль и политика


В «обществе Спектакля», основанном на «минимальном гуманизме», все мнения и все инстанции имеют особенный, игровой, вымышленный значение. Это компьютерная, электронная, дигитальная действительность. Все в ней отцифровано, рискованно, фальшиво. Политика не изъятие. Она есть как театральное понятие, наполняющее в «человеке-машине» ту идеалистическую нишу, которая — как отрубленная конечность — дает о себе ведать даже в том случае, ежели она издавна уже пуста. Ноющее рвение избирать, соучаствовать, улаживать, — этот пережиток «максимального гуманизма», серьезно принимавшего человечное амбиция, — успокаивается чрез представление противоборства власти и оппозиции, партий и претендентов, профсоюзов и публичных деятелей. Это то, что именуют сейчас «политикой» и что вызывает у внимательных людей такое глубочайшее и непреодолимое антипатия.

Однако аналогично тому, как есть две доли в человеке и, следственно, 2 гуманизма, этак есть и две политики. Политика «общества спектакля» — малая, массмедийная, кристально театральная. И иная политика — наибольшая, опасная, суровая, страшная, беспощадная. Об данной «второй политике» писал Карл Шмитт в собственной важной работе «Мнение политического»*.

Таковая политика является выбранной сферой для реализации 2-ой, неочевидной, смелой доли. Она оперирует с реальностями, какие имеют все шансы потребовать как минимум жизнь такого, кто к ним дотрагивается. За идеи и взоры тут нужно выплачивать сообразно всей строгости, а противоречия решаются не в теледебатах, однако на баррикадах, в тюрьмах и застенках. Таковая политика наступает как минимум с отвержения Системы и сообщества спектакля. Буквально этак же, как 2-ая дробь в человеке наступает с преодоления «человека-машины», а наибольший гуманизм, в первую очередность, отклоняет предпосылки малого гуманизма. Когда человек рассматривается серьезно как что-то свободное и благородное, его общественно-политический отбор обретает духовное, метафизическое обмеривание. Миропонимание делается сродни конфессии, а партийные пристрастия неразрывны с глубинными онтологическими ориентациями.

Две политики не элементарно разны, однако несовместимы друг с ином. Они не «совозможны»(сообразно терминологии Лейбница).


    [Назад]    [Заглавная]





 


Шайба ОСТ 1 34511-80 здесь еще больше. ..